2) CBFb-MYH11
3) RUNX1-RUNX1T1 (+)
4) MLLT3-KMT2A
Транслокация t(8;21)(q22;q22.1) приводит к слиянию гена RUNX1, расположенного на 21-й хромосоме, с геном RUNX1T1 на 8-й хромосоме и образованию химерного гена RUNX1::RUNX1T1 (историческое обозначение — AML1-ETO). Это характерная генетическая аномалия острого миелоидного лейкоза с перестройками комплекса core-binding factor, поскольку RUNX1 является ключевым транскрипционным фактором миелоидного кроветворения.
Химерный белок сохраняет ДНК-связывающий домен RUNX1, но приобретает репрессорные свойства RUNX1T1. Он привлекает корепрессорные комплексы и гистондеацетилазы, подавляет транскрипцию генов, необходимых для созревания миелоидных клеток, и вызывает блок дифференцировки на уровне миелобластов. В классификациях ВОЗ и ICC это самостоятельная генетически определяемая форма ОМЛ — AML with RUNX1::RUNX1T1 fusion; морфологически она часто соответствует ОМЛ с созреванием (прежнее обозначение FAB M2).
Диагноз подтверждают выявлением перестройки цитогенетическими методами, FISH, RT-PCR или молекулярным секвенированием. Для опухолевых клеток типичны миелопероксидазная позитивность, экспрессия CD13, CD33, CD34 и CD117; аберрантная экспрессия CD19 или PAX5 может служить дополнительной подсказкой. Заболевание относят к вариантам ОМЛ с относительно благоприятным прогнозом, однако мутации KIT, высокая опухолевая нагрузка и персистирующая минимальная остаточная болезнь ухудшают риск.
| Признак | AML с RUNX1::RUNX1T1 | Диагностическое значение |
|---|---|---|
| Цитогенетическая основа | t(8;21)(q22;q22.1) | Наиболее специфичная перестройка; подтверждается кариотипированием, FISH или молекулярным исследованием |
| Классификация | Острый миелоидный лейкоз с генетически определяемым слиянием RUNX1::RUNX1T1 | Генетическая категория имеет приоритет над одной только морфологией и обычно определяет нозологическую форму |
| Морфология | Миелобласты с обильной зернистостью, нередко с палочками Ауэра; возможны аномальные гранулы и псевдо-Чедиак—Хигаси | Поддерживает диагноз ОМЛ с созреванием, но не заменяет выявление химерного гена |
| Иммунофенотип | MPO+, CD13+, CD33+, CD34+, CD117+; возможна аберрантная экспрессия CD19, PAX5 или CD56 | Сочетание миелоидного профиля с CD19/PAX5 особенно характерно для данного генетического варианта |
| Молекулярные модификаторы риска | Мутации KIT, реже RAS и другие кооперативные изменения | Могут повышать вероятность рецидива и влиять на интенсивность последующего наблюдения |
| Дифференциальные перестройки | CBFB::MYH11 — inv(16)/t(16;16); KMT2A::MLLT3 — t(9;11); FUS::ERG — редкая t(16;21) | Эти варианты относятся к другим молекулярным подтипам ОМЛ и не соответствуют t(8;21) |
| Принцип лечения и мониторинга | Интенсивная терапия по протоколу ОМЛ, обычно с консолидацией высокими дозами цитарабина; количественный контроль RUNX1::RUNX1T1 для оценки МРБ | Транскрипт является удобным маркером глубины ответа; трансплантация рассматривается преимущественно при рефрактерности или рецидиве |
Таким образом, наличие t(8;21) является молекулярным эквивалентом обнаружения RUNX1::RUNX1T1. Перестройка блокирует миелоидную дифференцировку, но сама по себе не всегда достаточна для полноценного лейкематического клона, поэтому обычно сочетается с вторичными мутациями. Для оценки эффективности лечения особенно важна динамика уровня транскрипта методом количественной ПЦР. Персистирование или повторное увеличение минимальной остаточной болезни требует пересмотра прогноза и лечебной тактики.