2) нейтрофильные микроабсцессы
3) крупные эпидермальные кисты
4) очаговые гранулематозные инфильтраты (+)
При длительном существовании контагиозного моллюска в дерме может формироваться очаговая гранулематозная реакция. Она возникает преимущественно после повреждения или разрыва эпидермальных дольчатых разрастаний, когда вируссодержащие кератиноциты и роговые массы попадают в дерму и распознаются как инородный материал. Вокруг них накапливаются макрофаги, эпителиоидные клетки и многоядерные гигантские клетки, образуя гранулематозные инфильтраты; такая реакция нередко отражает длительное течение или начало спонтанного разрешения очага.
Основным гистологическим признаком моллюска остаётся чашеобразное вдавление эпидермиса с дольчатой гиперплазией и крупными внутрицитоплазматическими включениями — тельцами Хендерсона—Паттерсона. По мере созревания поражённых кератиноцитов включения увеличиваются, смещают ядро и постепенно выделяются вместе с роговыми массами. Гранулёмы в подлежащей дерме не являются обязательной находкой, но при длительном существовании элементов имеют характерное патогенетическое объяснение.
Скопления дегранулирующих тучных клеток неспецифичны и не определяют диагноз. Нейтрофильные микроабсцессы скорее указывают на вторичное бактериальное воспаление, а крупные эпидермальные кисты относятся к другим кистозным поражениям кожи. Поэтому именно очаговые гранулематозные инфильтраты наиболее соответствуют поздней тканевой реакции на длительно существующий очаг контагиозного моллюска.
| Гистологическая находка | Патогенетическое значение | Диагностическая оценка |
|---|---|---|
| Чашеобразная инвагинация эпидермиса | Формируется за счёт дольчатой гиперплазии эпидермиса и центрального скопления роговых масс | Характерный архитектурный признак контагиозного моллюска |
| Внутриэпидермальные тельца Хендерсона—Паттерсона | Цитопатический эффект поксвируса в кератиноцитах | Ключевой критерий морфологической верификации диагноза |
| Эозинофильные и последовательно базофильные цитоплазматические включения | Отражают созревание и дегенерацию инфицированных кератиноцитов | Помогают отличить моллюск от неспецифической вирусной или воспалительной гиперплазии |
| Очаговые гранулёмы в дерме | Реакция на попадание вируссодержащих клеток и роговых масс в дерму после разрыва очага | Возможны при длительном существовании элементов и регрессии заболевания |
| Многоядерные гигантские клетки инородных тел | Формируются при хроническом макрофагальном ответе на трудноудаляемый материал | Поддерживают диагноз гранулематозного осложнения, но не являются специфичными сами по себе |
| Нейтрофильные микроабсцессы | Острое гнойное воспаление, чаще при вторичном инфицировании или травматизации | Не относятся к типичной поздней реакции на моллюск |
| Крупная эпидермальная киста | Самостоятельное кистозное образование с полостью, выстланной плоским эпителием и заполненной кератином | Не является характерным морфологическим проявлением контагиозного моллюска |
При подозрении на моллюск биоптат следует оценивать не только по дермальному воспалительному компоненту, но и по структуре эпидермиса. Обнаружение телец Хендерсона—Паттерсона имеет большее диагностическое значение, чем неспецифические воспалительные изменения. Гранулематозная реакция может маскировать исходную вирусную архитектуру, особенно в травмированных или частично регрессирующих очагах. Ее выявление не меняет этиологию заболевания, но указывает на хроническое повреждение и выход содержимого очага в дерму.