2) синдрома множественных эндокринных неоплазий 1 типа
3) синдрома Беквита-Видемана
4) синдрома МакКьюн-Олбрайта-Брайцева
Витилиго может быть кожным проявлением аутоиммунного полигландулярного синдрома 1 типа (АПС-1, APECED — autoimmune polyendocrinopathy-candidiasis-ectodermal dystrophy). Заболевание обусловлено патогенными вариантами гена AIRE, чаще наследуется аутосомно-рецессивно и обычно начинается в детском или подростковом возрасте. Нарушение центральной иммунологической толерантности приводит к образованию аутоантител и Т-клеточной атаке органов-мишеней, включая меланоциты, что вызывает очаговую депигментацию кожи.
Классическая триада АПС-1 включает хронический кожно-слизистый кандидоз, гипопаратиреоз и первичную надпочечниковую недостаточность. Витилиго относится к аутоиммунным эктодермальным проявлениям синдрома и нередко сочетается с алопецией, аутоиммунным поражением щитовидной железы, сахарным диабетом 1 типа и аутоиммунным гепатитом, однако само по себе не является достаточным критерием диагностики. Диагноз АПС-1 предполагают при наличии двух основных компонентов триады, а у детей — также при одном типичном проявлении в сочетании с подтверждением мутации AIRE или характерным аутоиммунным профилем.
Для витилиго характерны четко отграниченные депигментированные пятна без шелушения и воспаления; при осмотре в свете лампы Вуда они становятся более заметными. Обнаружение витилиго у ребенка требует оценки функции околощитовидных желез и надпочечников, концентраций тиреотропного гормона и свободного тироксина, а также обследования на другие аутоиммунные эндокринопатии. Синдромы множественных эндокринных неоплазий, синдром Беквита–Видемана и синдром Мак-Кьюна–Олбрайта имеют иные генетические механизмы и клинический спектр.
| Состояние | Генетический или патогенетический механизм | Основные клинические признаки | Связь с витилиго |
|---|---|---|---|
| АПС-1 (APECED) | Аутосомно-рецессивные варианты AIRE; дефект центральной иммунологической толерантности | Хронический кандидоз, гипопаратиреоз, первичная надпочечниковая недостаточность; возможны другие аутоиммунные поражения | Типичное аутоиммунное эктодермальное проявление, может входить в клинический спектр синдрома |
| АПС-2 | Полигенное аутоиммунное заболевание; чаще ассоциация с HLA-гаплотипами | Болезнь Аддисона в сочетании с аутоиммунным тиреоидитом и/или сахарным диабетом 1 типа | Витилиго встречается, но не определяет синдром и не относится к его обязательной триаде |
| МЭН-1 | Инактивирующие варианты гена MEN1, кодирующего менин; опухолевый синдром | Опухоли околощитовидных желез, гипофиза и гастроэнтеропанкреатической нейроэндокринной системы | Не является характерным проявлением |
| Синдром Беквита–Видемана | Нарушение импринтинга в области 11p15; дисрегуляция факторов роста | Макросомия, макроглоссия, омфалоцеле, гемигипертрофия, повышенный риск эмбриональных опухолей | Не относится к типичным кожным признакам синдрома |
| Синдром Мак-Кьюна–Олбрайта–Брайцева | Постзиготическая активирующая мутация GNAS, мозаицизм | Кожные пятна кофе с молоком , фиброзная дисплазия костей, периферические эндокринные гиперфункции | Пигментные пятна обусловлены гиперпигментацией, а не аутоиммунной депигментацией |
При подозрении на АПС-1 необходим длительный динамический контроль, поскольку эндокринные компоненты синдрома могут развиваться последовательно, с интервалом в несколько лет. Особое значение имеют раннее выявление гипокальциемии и надпочечниковой недостаточности, способных представлять непосредственную угрозу жизни. Подтверждение диагноза включает молекулярно-генетическое исследование AIRE и целенаправленный поиск органоспецифических аутоантител. Лечение определяется пораженным органом и включает заместительную гормональную терапию, коррекцию гипопаратиреоза и противогрибковую терапию при кандидозе.